Российское экономическое издание ВВП Валовый внутренний продукт

Архив номеров

Версия для печати

№ 1 (85) Номер 85 2014
Рубрика: СТРАНА И МИР

Первый шаг к миру

Военный конфликт в Сирии уже унес порядка 150 000 жизней, а более 2,5 млн человек стали беженцами. Все это время конфликтующие стороны общались друг с другом посредством заявлений с обещаниями бороться до полной победы и наотрез отказывались идти на какие-либо компромиссы. Но ценой огромных усилий со стороны России и США представители официального Дамаска и повстанцев все-таки встретились на миротворческой конференции, получившей название «Женева-2».

То, что «Женева-2» в принципе состоялась, само по себе является огромным успехом российской дипломатии, что оформилось в устную благодарность Москве со стороны большинства участников переговоров, включая госсекретаря США Джона Керри. В вопросе сирийского урегулирования РФ изначально выступала как Капитан Очевидность, упрямо настаивая: лучше говорить, чем стрелять. Но чтобы организовать в Швейцарии конференцию под эгидой ООН и выманить туда более-менее представительные силы сирийской оппозиции (сейчас с Асадом воюют более 60 разнообразных группировок), потребовалось гораздо больше времени, чем планировали изначально. В определенный момент казалось, что любые переговоры в принципе запоздали: войска западных стран открыто планировали вмешаться в конфликт на стороне антиасадовских сил под предлогом того, что якобы официальный Дамаск применил против оппозиции химическое оружие. Буквально в последний момент операцию удалось предотвратить усилиями Владимира Путина, договорившегося о химическом разоружении Арабской Республики. А впоследствии и сам факт виновности Дамаска был поставлен под сомнение (впрочем, об этом ниже).

Другое дело, что состав гостей, которые все-таки съехались в Швейцарию, внушал определенный скепсис.

РАСКЛАД НЕ В ПОЛЬЗУ МИРА

Всего на конференции присутствовали представители 40 стран (как правило, главы МИД), включая, например, Японию и Нидерланды, – как будто не добрав по качеству, решили взять количеством. К качеству же претензия одна, но принципиальная: в глаза бросалось отсутствие Ирана, на участии представителей которого в конференции изначально настаивала Россия. В последний момент генсек ООН Пан Ги Мун отозвал официальное приглашение, отправленное Исламской Республике, а жаль. К аятоллам можно относиться как угодно, но они одна из сил, определяющих ситуацию в Сирии, – главный союзник и помощник Дамаска, имеющий к тому же огромное влияние на шиитскую «Хезболлу», воюющую с повстанцами. То есть Иран для конференции столь же важен, как и Саудовская Аравия – главный спонсор врагов Асада, приглашение которой никто и не думал отзывать. Но когда Вашингтон вроде бы дал добро на приезд главы МИД Ирана, восстали уже саудиты, а главное – сирийские оппозиционеры, пригрозив неявкой на мероприятие. Без них «Женева-2» и вовсе теряла всякий смысл, пришлось смириться.

Противников Асада в итоге представляла поддерживаемая Западом Сирийская национальная коалиция революционных и оппозиционных сил (НКОРС), но весомое название в данном случае призвано прикрыть ее слабое место, а именно – представительность. Джихадистские группировки, также воюющие против сирийских властей (а заодно и против «умеренных сил»), договариваться с Дамаском не собирались и не собираются. Более того, за несколько дней до переговоров коалицию покинул крупнейший ее участник – Сирийский национальный совет, сочтя попытку договориться с Асадом предательством и призвав бороться до победы. Само предположение о возможности такой победы, впрочем, весьма наивно. В одиночку «умеренные силы» с Асадом справиться не в состоянии, если же Дамаск все-таки падет под натиском раздираемой противоречиями оппозиции, радикальные исламисты быстро вытеснят «умеренных», ибо опережают их не только по части пассионарности, но и, согласно некоторым подсчетам, по уровню военного потенциала. Таким образом, гражданская война просто перейдет в другую стадию, причем с сохранением всех сторон конфликта – «умеренных», джихадистов и сторонников Асада.

Вторая сложность, проявившаяся еще до конференции, заключалась в ограниченности пространства для компромиссов. Согласно коммюнике первой женевской конференции, стороны видят выход в создании переходного правительства, которое будет управлять страной до выборов. При этом президент Сирии четко дал понять: представителей НКОРС в числе министров не будет. В свою очередь, представитель НКОРС категорически отмел возможность участия в данной структуре самого Асада, а США и саудиты, вопреки всякой логике, НКОРС поддержали. Таким образом, составить «переходное правительство национального единства», учтя пожелания обеих сторон (и это без учета мнение джихадистов), попросту невозможно. Отставка Асада до выборов – это в принципе красная черта для Дамаска, что было заявлено главой МИД буквально с порога. Но даже если предположить, что компромисс будет найден и в стране пройдут президентские выборы (правительство гарантирует, что они будут максимально представительными и честными), на них с высокой долей вероятности победит Асад – человек, более всех прочих заинтересованный в установлении мира в республике. Оппозиционерам же нужна, прежде всего, власть, а не мир, и участие Асада в выборах для них неприемлемо – в этом случае все вернется к тому, с чего начиналось. И выходит, что воевали зря, зря разрушили страну, зря потратились и зря предали президента (среди оппозиционеров немало перебежчиков и отставников), не получив ничего взамен.

«ТЕРРОРИЗМ НЕ ОСТАНОВИТСЯ НА СИРИИ»

Первый день отвели для переговоров в широком формате, но прошел он не в Женеве, а в Монтрё по причинам почти юмористическим – в столице одноименного кантона проходила крупная выставка часов, и все представительские гостиницы оказались заняты. Открыл дискуссию генсек ООН Пан Ги Мун, который, как и подобает его статусу, старался держаться над схваткой. В эскалации конфликта он обвинил тех, кто поставляет в Сирию оружие, а также иностранных боевиков и радикальные группировки. «Все стороны продемонстрировали полное неуважение к гуманитарному законодательству, что спровоцировало гуманитарные проблемы в стране», – подчеркнул он. При этом генсек высказал мнение, что если бы сирийское руководство внимательнее относилось к проблемам народа и вовремя услышало его чаянья, широкомасштабной войны не случилось бы.

Американская сторона предсказуемо взяла на себя роль прокурора. Так, Керри вновь обвинил Асада в использовании химоружия, хотя специалисты (кстати, как ООН, так и американские) прежде установили, что оружие это кустарного производства, а боеприпасы к ним не соответствуют техническим характеристикам сирийской армии. Российскую позицию озвучил глава МИД Сергей Лавров, она остается неизменной: насилие необходимо прекратить, но определять будущее Сирии и состав переходного правительства должен сирийский народ – вмешательство в конфликт третьих стран, а равно давление на участников переговоров недопустимы. «Россия поддерживает устремление арабских народов к лучшей жизни, устойчивому развитию и процветанию, однако назревшие преобразования могут быть эффективны, только если они осуществляются мирным ненасильственным путем», – заявил министр, подчеркнув, что Сирию необходимо сохранить в качестве суверенного, территориально целостного светского государства, в котором гарантируются права всех конфессиональных и этнических групп.

В свою очередь, глава МИД Сирии Валид Муаллем произнес, пожалуй, самую яркую речь дня. Отведенных двадцати минут ему не хватило, что стало причиной перепалки с модератором – генсеком ООН и отключения микрофона. Особое оживление вызвала реплика «представители ряда государств сейчас сидят в этой комнате, хотя на их руках кровь сирийцев», а также то, что Муаллем называл антиасадовские силы исключительно террористами, спонсируемыми из-за рубежа. «Эти страны экспортировали терроризм, а также инструменты убийства, словно Бог делегировал им право решать, кого убивать, а кому помогать, – негодовал дипломат. – Некоторые из тех, кто называет себя друзьями Сирии, участвовали в ее колонизации, другие – авторитарные режимы, не знающие ничего о демократии. Они погрузили страну в грязь, но теперь маски сорваны, мы видим, чего они добиваются, они хотят накалять обстановку в стране, перекачивают нефтедоллары в наемников, ведут себя как варвары и прикрываются целями сирийской революции». Обратившись к Керри, Муаллем также заявил, что никто, кроме сирийского народа, не имеет права говорить о легитимности или нелегитимности президента Сирии. «Терроризм не остановится на Сирии, только вот Запад не хочет это понять», – пригрозил Муаллем.

Лидер НКОРС Ахмед аль-Джарба тоже сделал ставку на эмоции. Рассказывал, например (не без литературности), о судьбах детей, якобы убитых сирийской армией. Кроме того, он обвинил Асада в создании концлагеря, где были уничтожены 11 000 человек. Муаллему же был брошен вызов, мол, сирийский народ здесь представляет не он, а оппозиция.

Главы дипломатических служб остальных государств в среднем призывали стороны «все-таки договориться». Британцы и – особенно – французы предсказуемо обвиняли Асада, Япония и Китай сделали акцент на гуманитарной катастрофе, пообещав республике помощь, а самое парадоксальное заявление озвучила верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон, подчеркнув, что «к процессу мирного урегулирования в Сирии необходимо подключить сирийских женщин». Одним словом, с точки зрения заявленной цели – достижения мира, первый день многообещающим не выглядел. А второй, когда Муаллем и Джарба должны были приступить к предметному обсуждению при модераторстве спецпредставителя ООН и ЛАГ по Сирии Лахдара Брахими, был и того хуже. Сначала переговоры отложили по просьбе оппозиции, потом она стала понижать уровень своего представительства – Джарбу сменил генсек НКОРС («Мелочи, но они показывают, кто как относится к этому процессу», – отреагировал Лавров), а потом и рядовой член делегации. В ответ на демарш Муаллем пригрозил покинуть Женеву (планировалось, что конференция продлиться неделю), а его первый зам Фейсал Мекдад выразился следующим образом: «Мы разочарованы, так как делегация от оппозиции представляет не всю палитру, а лишь малую часть». По его же словам, «оппозиция приехала затягивать время» и «демонстрировала только то, что они с нами во всем не согласны».

К ЧЕМУ ПРИШЛИ

Дамаск обещал вынести достигнутые на «Женеве-2» договоренности на общенациональный референдум, но выносить нечего. Стороны договорились лишь об обеспечении допуска конвоя с гуманитарной помощью в блокированный правительственными войсками город Хомс (его еще называют плацдармом оппозиции) и вывозе оттуда женщин, детей и стариков (Дамаск уверяет, что сделал бы это и год, и два назад, но боевики препятствуют). Кроме того, согласовали дату второго недельного раунда – 10 февраля. На этом всё. Сирийцы не пришли к согласию даже по вопросу освобождения пленных, а оппозиция попрежнему бескомпромиссно настаивает на своей платформе: уход Асада с поста президента и передача власти временному правительству. Требование об отставке главы государства Дамаск считает неприемлемым, а российская сторона неконструктивным, при этом Лавров не раз оговаривался, что Россия не друг семьи Асада, а друг сирийского государства.

Тем не менее Россия в основном поддерживала позицию Дамаска, предложившего оппозиции подписать три документа, но все три были отвергнуты. Первый касался сохранения территориальной целостности страны и отказа от иностранного вмешательства, но поддерживаемой странами Запада и ЛАГ оппозиции это понравиться попросту не могло. Второй – совместной борьбы с терроризмом, но его отвергли как односторонний, ибо, согласно заявлению НКОРС, он не учитывал группировки, воюющие на стороне Асада. Третий же был заявлением, обвиняющим США в поддержке террористических организаций. Вашингтон, кстати, подлил масла огонь, заявив, что возобновит поставку «нелетального оборудования» антиасадовским силам. Дамаск, разумеется, воспринял это в штыки. Предельно критично высказался и Лавров, подчеркнув, что такая мера создает почву для терроризма, так как это оружие опять может попасть не в те руки.

Примечательно, что к России на конференции апеллировали чаще всего, прося, как правило, надавить на оппонента. Причем представители Дамаска Москву фактически подставили, попросив уговорить НКОРС и США расширить представительство оппозиции, хотя понятно, что, к примеру, с радикальными исламистами из Ирака разговаривать не о чем, а уж с эмиссарами «Аль-Каиды» за общий стол не сядут ни Вашингтон, ни Москва. Сами США в рамках итоговых переговоров между Керри и Лавровым попросили добиться от Асада ускорения вывоза химоружия из города Латакия. Но самые большие запросы у оппозиции. «Мы очень надеемся, что Россия убедит главу сирийского режима уйти. Это будет самым безопасным решением для будущего Сирии. Мы надеемся на Россию, Москва – единственная, кто имеет влияние на режим», – воззвал представитель НКОРС Луай Сафи.

Однако все идет к тому, что перед очередным раундом Москва надавит не столько на Дамаск, сколько как раз на НКОРС. Известно, что Ахмед Джарба принял предложение Лаврова посетить Россию «для консультации». И это стало единственной настоящей сенсацией «Женевы-2», если не считать чудом то, что она вообще состоялась.

Станислав БОРЗЯКОВ


Подписка на журнал позволяет получить доступ к полной версии журнала


Новости

28.05

Встреча с председателем партии «Новая демократия» Кириакосом Мицотакисом

27.05

Российско-греческие переговоры

27.05

Встреча с Президентом Греции Прокописом Павлопулосом

27.05

Финал чемпионата WorldSkills Russia

26.05

Встреча с Премьер-министром Сербии Александром Вучичем