Российское экономическое издание ВВП Валовый внутренний продукт

Архив номеров

Версия для печати

№ 2 (98) Номер 98 2016
Рубрика: ОБЩЕСТВО

Под вражеским огнем. За стенами Московского Кремля

Наше издание продолжает серию публикаций доктора исторических наук, профессора, заведующего кафедрой истории России XX– XXI вв. исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, заслуженного работника культуры Сергея Девятова. Нынешняя статья рассказывает о том, как в годы Великой Отечественной войны происходили бомбардировки Московского Кремля и какие меры принимались для уменьшения возможных людских потерь и материального ущерба. Материал подготовлен в соавторстве с кандидатом исторических наук Валентином Жиляевым и кандидатом исторических наук Ольгой Кайковой.

МЕРЫ НАЧАЛИ ПРИНИМАТЬ ЗАБЛАГОВРЕМЕННО

Уже через неделю после начала Великой Отечественной войны на крышах Оружейной палаты, Арсенала, Большого Кремлевского дворца, корпусов № 3 и 14 были размещены зенитные пулеметные точки. 29 июля для повышения уровня противовоздушной обороны объекта в районе Большого сквера Кремля были установлены две зенитные батареи корпуса ПВО: одна – среднего калибра, другая – мелкокалиберная.

Стараясь предусмотреть и уменьшить возможные людские потери и материальный ущерб, Комендатура Московского Кремля принимала превентивные меры. С 20 июля 1941 года и до середины 1943 года, времени окончания бомбардировок столицы, подразделения УКМК НКВД СССР ежесуточно выделяли более сотни военнослужащих для тушения зажигательных бомб, падавших во время воздушных нападений на крыши и чердаки кремлевских зданий. С августа 1941 года при объявлении воздушной тревоги на территории Кремля выставлялось пять подвижных медицинских постов по два человека в каждом.

Вскоре разрушения и потери от налетов немецкой авиации стали реальностью. Предпринятые действия, в том числе и активное применение средств ПВО, и самоотверженность защитников, помогли сохранить архитектурный ансамбль Московского Кремля с его соборами, музеями, историческими и культурными ценностями. О масштабах бомбардировок Кремля красноречиво говорят данные из специальных донесений за 1941–1942 годы.

Первая бомбардировка Московского Кремля произошла в ночь с 21 на 22 июля 1941 года.

Одна из бомб фугасного действия весом в 250 кг, начиненная аммоналом, попала в Большой Кремлевский дворец, пробив крышу и потолочное перекрытие Георгиевского зала. Однако случилось чудо – бомба не взорвалась. Дойдя до пола зала, она развалилась, образовав бесформенную воронку. Пробитое снарядом отверстие в крыше имело размеры 40 х 50 см, в потолке – 90 х 100 см. Свод первого этажа под Георгиевским залом дал трещины и откол весом около 60 кг, но выдержал. Если бы произошел взрыв, то большая часть Георгиевского зала и соседних с ним помещений были бы безвозвратно утрачены. На чердаке дворца также была найдена неразорвавшаяся термитная (зажигательная) бомба весом в 1 кг.

На склон Тайницкого сада, в тридцати метрах от Большого Кремлевского дворца, упала бомба фугасного действия весом в 50 кг, которая взорвалась, не причинив ущерба. Диаметр воронки составил 5 м, глубина – 2 м. Были сброшены зажигательные бомбы весом в 1 кг: в районе Никольских ворот – 5 штук, в районе Троицких ворот – 2 штуки. К счастью, бомбы ущерба не причинили и были вовремя погашены. В районе Комендантской башни упала, ударившись о Кремлевскую стену со стороны Александровского сада, наливная зажигательная бомба весом 25 кг. Горючее (нефть) разбрызгалось по площади 60 кв. м, но не воспламенилось.

В эту ночь самолетами противника на Москву была сброшена 1521 фугасная бомба и 56 620 зажигательных авиабомб. В результате бомбардировок пострадало 6380 человек, из них 1327 были убиты. К центру города удалось прорваться лишь одиночным самолетам врага. Первая боевая воздушная тревога в общей сложности длилась шесть часов.

23 июля 1941 года в 02.15 вражескими самолетами на Московский Кремль было сброшено 76 термитнозажигательных бомб весом в 1 кг: на Соборную площадь – 14 бомб, в Большой сквер – 15, на чердак Большого Кремлевского дворца – 4, на чердак корпуса № 14 – 3 бомбы и т. д. Все они были своевременно затушены личным составом гарнизона Кремля, и ни один объект не пострадал. Помимо зажигательных бомб, на территорию Красной площади упали три фугасные бомбы (между Мавзолеем В.И. Ленина и зданием ГУМа), причинившие незначительные повреждения тротуару и проезжей части.

Вместе с бомбами противник сбрасывал и большое количество листовок. Но во всех перечисленных случаях потерь среди личного состава не было. С 6 на 7 августа врагом было сброшено на территорию Кремля 67 термитно-зажигательных бомб весом 1 кг, которые также были затушены, не успев причинить вреда. Кроме того, на территорию Тайницкого сада упали две осветительные бомбы весом по 50 кг. Бомбы не воспламенились, были обезврежены и вывезены из Кремля. В эту ночь потерь среди личного состава тоже не было.

КОВАРНЫЙ МАНЕВР И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

В ночь с 11 на 12 августа по сигналу «воздушная тревога» личный состав гарнизона Московского Кремля был укрыт в убежищах, а часть его приведена в боевую готовность для службы ПВО и на противопожарных мероприятиях. Примерно в 0.30 сотрудниками УКМК по звуку на высоте 4–5 км был отмечен в воздухе одномоторный самолет, который в течение нескольких минут кружил над Кремлем, создав два круга дымовой полосы с перекрестием в центре, определявшей положение Кремля. Очевидно, этот самолет всеми огневыми точками был признан своим истребителем, огонь по нему зенитная артиллерия внутреннего округа ПВО Москвы не вела.

Около 1.00–1.10 самолеты противника сбросили по этому ориентиру серию фугасных бомб, две из которых упали на территорию Кремля: одна, ориентировочно весом в 100 кг, – у подъезда президиума Большого Кремлевского дворца; другая, ориентировочно весом в 1000 кг, – на здание Арсенала. Вне территории Кремля, в 25 м от Боровицких ворот, на проезжую часть упала бомба весом в 50 кг, а бомба в 100 кг – на территорию Александровского сада, в 50 м от этих же ворот. На этот раз попавшие на территорию Кремля бомбы произвели серьезные разрушения. В районе БКД был поврежден электрический кабель, разбиты стекла и рамы Екатерининского зала, «Собственной половины» и комнат президиума, поломана дверь подъезда Большого Кремлевского дворца, пострадал также корпус № 9. В Арсенале взрывом разрушило всю восточную часть здания, серьезно пострадали расположенный во дворе этого здания Малый гараж, общежития подразделений гарнизона, складские помещения, столовая и кухня УКМК. Зенитно-пулеметная огневая точка была уничтожена, разбиты стекла в окнах здания Правительства, здания УКМК, 3-го корпуса и в остальной неразрушенной части Арсенала.

Из состава наряда пострадало 68 человек, из них 15 человек были убиты, 23 человека получили средние и тяжелые ранения, 17 – легкие. 13 человек не были найдены вообще.

Шесть легковых автомашин было разбито: два ЗИС-101, четыре машины М-1; повреждено два автомобиля ЗИС-101 и один М-1.

Фугасными бомбами вне Кремля были выведены из строя телефонные кабели, связывавшие Кремль с Домом правительства и рядом Наркоматов, в том числе с НКВД. Интересен и еще один факт. Через несколько дней после этой бомбардировки на втором этаже корпуса № 1 в кабинете И.В. Сталина Особого сектора ЦК ВКП(б) был выставлен солдатский пост Комендатуры. В задачу часового входило наблюдение за проведением работ по замене оконных переплетов, пришедших в негодность во время последней бомбардировки.

29 октября 1941 года в 19.22, в момент выхода подразделений из Арсенала в бомбоубежище, с вражеского самолета на территорию двора Арсенала была сброшена бомба фугасного действия (предположительно весом в 500 кг). Этот налет стал причиной наибольших потерь среди личного состава. Пострадали 146 человек, из них 41 человек был убит, не найдены 4 человека, тяжело ранены – 54, легко – 47.

Кроме того, был окончательно разрушен Малый гараж, разбиты три автомашины и один мотоцикл, разрушены помещения, расположенные в нижнем этаже Арсенала, и две арсенальные лестницы, выходящие во двор. Во внутренних помещениях возник пожар, усугубивший и без того тяжелую ситуацию.

1942 ГОД: ПОСЛЕДНИЕ БОМБАРДИРОВКИ

В первой половине 1942 года бомбардировки Московского Кремля немецкой авиацией продолжались. 6 марта в 01.10 врагом были сброшены три фугасные бомбы. Бомба весом в 500 кг упала около Набатной башни, близ Спасских ворот, и попала в щель, где укрывались восемь бойцов Полка специального назначения. Падение бомбы совпало с моментом следования в укрытие людей, которые попали под действие взрывной волны и были тяжело и легко ранены. В этот же налет были сброшены еще две пятидесятикилограммовые бомбы. Одна упала на площади против здания УКМК, другая – на проезжей части против Архангельского собора. В результате налета были убиты 8 человек, умерли впоследствии от ран 4 военнослужащих, ранены и контужены 32 человека. Взрывами также был причинен ущерб ряду зданий на территории Кремля.

29 марта при налете вражеской авиации пятидесятикилограммовая фугасная бомба упала в Тайницкий сад, напротив Безымянной башни, и попала в машину с боеприпасами. Было уничтожено 39 снарядов, 171 винтовочный патрон, два грузовика. Взрывной волной разбило часть стекол в здании УКМК. Человеческих жертв не было. Как стало ясно впоследствии, это была последняя из восьми бомбардировок Московского Кремля.

С ноября 1941 года противник, учитывая малую эффективность зажигательных бомб, перешел исключительно на фугасные. Здесь играл свою роль и снег, так как при его наличии зажигательные бомбы были не столь действенны. Фашистская авиация в этот период, ввиду близости к Москве, участила налеты. Бывали дни, когда случалось по 5–6 тревог в сутки. Не успевали давать отбой, как опять объявлялась тревога, даже в промежутках между тревогами бывали бомбардировки. В эти дни, кроме Московского Кремля, также сильно пострадали и объекты, охрану которых обеспечивали подразделения 1-го отдела НКВД СССР: здания ЦК ВКП(б) на Старой площади, Большой театр Союза ССР, склады и другие сооружения.

РАЗРУШЕНИЯ И ЖЕРТВЫ

Всего за годы войны Московский Кремль бомбили восемь раз – пять в 1941 году и три раза в 1942 году. На Московский Кремль и его окрестности было сброшено 15 фугасных (вес от 50 до 1000 кг), 151 зажигательная (термитные) и 2 осветительные бомбы. Самые сильные разрушения и наибольшие человеческие жертвы в Кремлевском гарнизоне причинили бомбардировки 12 августа и 29 октября 1941 года.

Людские потери от бомбардировок Кремля за первые два года войны:

– убиты, пропали без вести и умерли от ран – 94 человека;

– тяжело ранены – 88 человек;

– легко ранены – 76 человек.

К 1 мая 1942 года капитальные работы, связанные с восстановлением поврежденных зданий и сооружений Московского Кремля (Арсенал, Большой Кремлевский дворец), были в основном закончены. В августе 1942 года был составлен акт о разрушениях зданий и сооружений Московского Кремля, вызванных бомбардировками немецкой авиации. Стоимость восстановительных работ по этим объектам составила 3 млн 5 908 рублей.

За период с 21 июля 1941 года до середины 1942 года (время окончания наиболее интенсивных бомбардировок столицы) зафиксировано 7202 непосредственно участвовавших в нападении на Москву немецких самолета, совершивших 125 воздушных налетов – 95 ночных и 30 дневных. Эти данные приводятся без учета обнаруженных в зоне Москвы малочисленных групп и одиночных самолетов противника. К столице удалось прорваться 338 самолетам врага, что составило 4 % от всех налетавших на город бомбардировщиков. За этот период средствами ПВО на подступах к Москве уничтожено 1086 самолетов противника – почти 15 % от общего количества.

Налеты немецких самолетов до декабря 1941 года проходили в основном на высоте 3000 метров. Затем, до середины 1942 года, – на высоте 5000–6000 метров, в дальнейшем (налеты малочисленных групп и одиночных самолетов) – 8000–11000 метров, что резко снижало эффективность действий вражеской авиации, а значит, и опасность поражения Московского Кремля и других охраняемых объектов.

В ЦЕНТРЕ ПРИФРОНТОВОГО ГОРОДА

Несмотря на то, что интенсивность бомбардировки столицы в конце весны 1942 года снизилась, Москва до августа 1943-го оставалась прифронтовым городом, и до этого времени налеты вражеских бомбардировщиков продолжались. Вообще, реальная опасность немецкой бомбардировки сохранялась до конца 1944 года. Управление Коменданта Московского Кремля четко выполняло все мероприятия, предусмотренные планом противовоздушной обороны, проводя почти до конца войны светомаскировку объекта и выставляя необходимые наблюдательные, противопожарные и медицинские посты.

КРЕМЛЕВЦЫ О БОМБАРДИРОВКАХ КРЕМЛЯ

Василий Макарович Грицай:

– 22 июля 1941 года в 19 часов заступил на пост в Тайницком саду у Кремлевской стены напротив Большого Кремлевского дворца.

Примерно в 22 часа объявили воздушную тревогу, отбой которой прозвучал только в четвертом часу утра.

Во время воздушной тревоги смена караула на постах не производилась. Вскоре после объявления тревоги зенитные установки всех калибров и систем открыли огонь, прожекторы время от времени посылали свои лучи в небо в поисках немецких самолетов. Отдельным самолетам удалось прорваться через заградительный огонь зениток и сбросить бомбы на город. Возникло несколько пожаров.

В один из моментов я услышал гул самолета и неприятный пронзительный вой падающей бомбы, но взрыва не последовало. И только после смены караула я узнал, что бомба попала в Большой Кремлевский дворец, пробила перекрытие и застряла между этажами, не разорвавшись.

Однажды я был свидетелем взрыва бомбы на Коммунистической улице Кремля. Наше подразделение находилось во время тревоги в укрытии в подвале БКД. Находясь в подвале, мы услышали взрыв. По окончании тревоги мы вышли на улицу и увидели воронку от взрыва авиабомбы, жертв не было.

С приближением фронта к столице воздушные налеты на Москву участились. Воздушные тревоги объявлялись по несколько раз в сутки. Отдельным самолетам удавалось прорываться через огонь зенитных установок к центру города и сбросить бомбы, некоторые попали и на территорию Кремля. В результате таких налетов многие мои однополчане-кремлевцы погибли при защите Кремля.

Но воины-кремлевцы были готовы к любым проискам врага и зорко охраняли Московский Кремль, обеспечивая нормальную работу Государственному Комитету Обороны Советского Союза.

Аркадий Семенович Есаулов:

– Вместе с тем особое место в моей памяти оставила «встреча» с Георгиевским залом Большого Кремлевского дворца. А было это так.

В начале апреля 1941 года по заданию коменданта Московского Кремля генерал-майора Н.К. Спиридонова мне и фотографу политотдела М.Г. Тукалову было поручено сфотографировать фрагментарно весь Георгиевский зал.

Все атрибуты Георгиевского зала, начиная с пола, который представляет собой огромный ковер, «сотканный» из разных пород древесины, и до надписей на плитах воинских частей и лиц, награжденных орденом Георгия Победоносца, – это тончайшая ювелирная работа великих русских мастеров прошлого века.

Наша задача состояла в том, чтобы перенести на фотографии все тончайшие детали, обрамляющие Георгиевский зал. Работа была выполнена к установленному сроку.

Началась Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков.

В один из первых налетов вражеской авиации на Москву я, выполняя задание командира, находился в другом подразделении. Возвратившись на место сбора своего взвода, никого там не обнаружил. Выяснив, что взвод находится в Большом Кремлевском дворце, я из Тайницкого сада по косогору побежал во дворец. Меня сопровождал душераздирающий свист падающих бомб, осколки зенитных снарядов и неподвластный мне внутренний страх, который в дальнейшем удалось быстро преодолеть и своевременно приступить к уничтожению зажигательных бомб.

Вбегая в Благовещенский подъезд Большого Кремлевского дворца, я услышал огромной силы удар и быстро побежал в полуподвал, доложил политруку И.К. Новикову о том, что в здание попала бомба.

На следующий день в 6 часов утра меня вызвали к дежурному помощнику коменданта Московского Кремля с заряженным фотоаппаратом для фотографирования мест, куда были сброшены бомбы.

Когда я пришел в Большой Кремлевский дворец, то увидел в Георгиевском зале, между четвертой и пятой люстрами на потолке, огромную дыру, а на полу бомбу, зажатую крестовиной пола. И только тогда я понял, зачем коменданту Московского Кремля понадобились фотографии Георгиевского зала. Они понадобились для того, чтобы по ним произвести восстановление разрушенного.

Гаврил Гаврилович Ерков:

– Личный состав 4-й роты полка, в которой я служил, обеспечивал охрану объектов юго-восточной части территории Кремля. Пулеметный взвод роты (командир взвода лейтенант Соломаха, заместитель командира взвода сержант И. Пешехонов) занимал огневые позиции на Водовзводной башне. В первые дни битвы за Москву противник вел интенсивную воздушную разведку в дневное время. Несколько раз воздушные стервятники с целью ведения разведки появлялись над территорией Московского Кремля. Пулеметный взвод добросовестно выполнял обязанности по отражению фашистских самолетов, но результат с применением стрелкового пулемета «Максим» был малозначительным.

В первых числах июля 1941 года, когда мне представилась возможность выполнять постовую службу по периметру Кремлевской стены от Спасской башни до Тайницкой, внезапно под покровом тумана над территорией Кремля со стороны Замоскворечья появился вражеский самолет-разведчик. Попытки наших пулеметчиков и стрелков сбить самолет оказались неудачными.

Наиболее эффективными мерами по защите воздушного пространства над Кремлем от налетов вражеской авиации являлись средства ПВО столицы.

Немецко-фашистская авиация положила начало систематическим и массированным ночным налетам на Москву в ночь на 22 июля 1941 года, месяц спустя после начала войны. Фашистские самолеты прорывались в центр Москвы на малых высотах и сбрасывали фугасные и зажигательные бомбы. Но когда фашистская авиация при первых налетах на Москву понесла немалые потери, «потолок» налета поднялся до 7 тысяч метров. Во время несения службы я был свидетелем «новшества» вражеского бомбометания. Над Кремлем на значительной высоте фашистский самолет дымовой полосой описывал круг над Кремлем, а последующие одиночные самолеты сбрасывали бомбовый груз в это кольцо. Хотя это кольцо ветром перемещалось в сторону МГУ и дальше севернее Кремля, но тем не менее на его территорию попадали зажигательные и фугасные бомбы.

Как известно, в период битвы за Москву фашистская авиация сбросила на территорию Кремля 15 фугасных и сотни зажигательных бомб. В результате налетов вражеской авиации личный состав полка Управления коменданта Московского Кремля понес значительные потери.


Подписка на журнал позволяет получить доступ к полной версии журнала


Новости

28.05

Встреча с председателем партии «Новая демократия» Кириакосом Мицотакисом

27.05

Российско-греческие переговоры

27.05

Встреча с Президентом Греции Прокописом Павлопулосом

27.05

Финал чемпионата WorldSkills Russia

26.05

Встреча с Премьер-министром Сербии Александром Вучичем