Российское экономическое издание ВВП Валовый внутренний продукт

Архив номеров

Версия для печати

№ 4 (93) Номер 93 2015
Рубрика: СТРАНА И МИР

Китай: в союзе с северным соседом

Выпущенная 26 мая пресс-канцелярией Госсовета КНР Белая книга по обороне «Военная стратегия Китая» впервые посвящена военной доктрине государства. Также впервые с 1959 года Россия официально названа союзником вооруженных сил Поднебесной.

НОВАЯ ВОЕННАЯ ДОКТРИНА ПЕКИНА

Белая книга по обороне Китая выходит каждые два года начиная с 1998 г. С 2004 года в ней делается акцент на одном из аспектов, связанных с вооруженными силами. Так, книга 2013 года была посвящена структуре войск НОАК, 2010 года – структурным реформам армии, 2008 года – расходам на оборону, а 2006 года – китайской ядерной доктрине.

В качестве идеологии для новой доктрины выбран принцип «активной обороны»: отмечается, что Китай будет придерживаться стратегии мирного развития и проводить политику оборонительного характера, а также не станет применять ядерное оружие первым. Вместе с тем, КНР всегда будет выступать против самого понятия мировой гегемонии и агрессивной силовой политики в любых формах их проявления. Особый акцент сделан на разнице стратегий «активной обороны» Китая и «превентивного сдерживания» США.

В документе отмечено, что Китай будет всесторонне развивать внешние связи, углублять обмен и сотрудничество между армиями КНР и России в рамках двусторонних отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, постепенно создавать комплексную, всестороннюю и устойчивую базу для сотрудничества, продвигать дальнейшее развитие межармейских отношений двух стран. В документе также отдельно подчеркнута необходимость углублять сотрудничество в области обороны и безопасности в рамках ШОС.

В новой военной доктрине КНР не могло не найтись места для китайскоамериканских отношений. В Белой книге отмечено, что нужно формировать межармейские связи нового типа, основанные на изменениях в китайско-американских межгосударственных отношениях, укреплять диалог, вести обмен и сотрудничество в сфере обороны, совершенствовать систему уведомления о крупных военных действиях и меры поведения при встрече на море и в воздухе, повышать доверие, контролировать риски и предотвращать кризис.

В качестве основных угроз безопасности Китая названы «провокационные действия некоторых морских стран в вопросах, связанных с территориальным суверенитетом Китая». «Эти страны, – отмечается в Белой книге, – незаконно укрепляют военное присутствие на китайских островах и рифах. Некоторые страны вмешиваются в дела в Южно-Китайском море». По-видимому, в документе очень оперативно отразили обострившуюся ситуацию вокруг архипелага Спратли – небольшого скопления необитаемых островов в центре Южно-Китайского моря, на которые, кроме КНР, претендуют также Вьетнам, Малайзия, Филиппины и еще пара государств. На островах архипелага были обнаружены довольно значительные запасы нефти и природного газа, после чего практически все участники конфликта в той или иной степени поспешили отметить там свое присутствие. Действия США, в частности патрулирование островов противолодочным самолетом ВМС со съемочной группой канала CNN на борту, вызвали резкую критику со стороны китайских властей. США непрерывно продвигают стратегию «перебалансировки сил» в Азиатско-Тихоокеанском регионе в целях укрепления своего присутствия в нем и возможного создания военного союза. Япония пытается избавиться от послевоенного порядка и начинает активно менять свою военную политику, сказано в книге.

Внешнеполитическая ситуация и необходимость отстаивать собственные государственные интересы продиктовала и необходимость усиленного развития четырех векторов обороны страны – таковыми названы флот, космическая сфера, киберпространство и ядерная безопасность.

МОРЯ И ОКЕАНЫ: НОВОЕ МЫШЛЕНИЕ

Для укрепления безопасности на море авторы документа призывают отойти от традиционного мышления, когда действиям на суше придавалось гораздо большее значение в сравнении с морскими делами, и больше внимания уделять защите морских прав, государственного суверенитета и интересов страны в океане.

ВМС КНР перейдут от стратегии «защиты исключительно прибрежных территорий» к смешанному обеспечению безопасности в прибрежных районах и открытом море.

Все эти тезисы были косвенно подтверждены на деле в ходе проходивших с 12 по 21 мая российско-китайских морских учений «Морское взаимодействие-2015». Их главной задачей названо «достижение взаимопонимания между флотами двух держав в вопросах укрепления стабильности и противодействия новым вызовам на море. В этом году учения двух флотов прошли в Средиземном море, где ни у России, ни тем более у Китая нет близлежащих пунктов базирования. Несмотря на то, что и Москва, и Пекин заявили, что эти учения не направлены против третьей стороны, они почти сразу вызвали обеспокоенность и недовольство на Западе. Когда новейшие фрегаты Северного флота ВМС НОАК незадолго до празднования 9 мая прошли Дарданеллы, это спровоцировало панику среди некоторых наших черноморских соседей, правда, улегшуюся после парада 9 мая в Новороссийске. В либеральной американской прессе эти учения тут же назвали провокационными, по традиции умолчав о провокационности крупномасштабных учений НАТО в Эстонии, в какой-то паре сотен километров от российской границы. По выражению газеты Los Angeles Times, ни у России, ни у Китая нет ни дюйма своего побережья в Средиземном море. Интересно, сколько дюймов средиземноморского побережья принадлежит здесь США, чей Шестой флот является крупнейшей военно-морской силой на этом театре? Американцы охарактеризовали маневры так: «Два восточных гиганта поигрывают мускулами на заднем дворе Западной Европы».

Учениями командовали заместители главкомов ВМФ РФ и ВМС НОАК вице-адмирал Александр Федотенков и вице-адмирал Ду Цзинчэнь. Назначение последнего командующим небольшой группой из двух фрегатов и корабля снабжения показывает, какую важность представляли эти учения для китайской стороны.

АКЦЕНТ НА ЭНЕРГЕТИКУ И ТРАНСПОРТНУЮ ИНФРАСТРУКТУРУ

Сотрудничество России и Китая в военно-морской области – это только малая часть укрепления всесторонних стратегических связей между двумя ведущими евразийскими державами. Во время недавнего визита председателя КНР Си Цзиньпина в Москву были подписаны более 30 различных госконтрактов на общую сумму свыше 25 миллиардов долларов.

Одним из ключевых аспектов двустороннего сотрудничества является энергетическое партнерство. 8 мая глава «Газпрома» Алексей Миллер и вице-президент СNPC и президент PetroChina Ван Дунцзинь подписали соглашение об условиях поставок газа по западному маршруту. Помимо этого, обсуждался вопрос китайского инвестиционного участия в месторождениях Ванкорской группы на севере Красноярского края и создания совместных предприятий по развитию электросетей на Дальнем Востоке. Кроме того, Газпром начал строить газопровод «Сила Сибири», который свяжет Якутию и запад Китая.

Среди важных проектов в области инфраструктуры – подписание совместного заявления по сопряжению строительства Евразийского экономического союза и экономического пояса «Шелковый путь». «Шелковый путь» – это масштабная программа по созданию единых транспортных и инфраструктурных объектов между Китаем и странами, располагавшимися вдоль исторического Шелкового пути. КНР предлагает инвестиции в эти объекты через недавно созданный Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и специальный Фонд «Шелкового пути». Строительство этих проектов будет вестись вдоль трех маршрутов: первый свяжет Китай, Среднюю Азию, Россию и страны Европы, второй через Ближний Восток пойдет в Восточную Африку, третий – на юг через страны Юго-Восточной Азии в Южную Азию. Одним из важнейших транспортных проектов северного маршрута будет российско-китайский нефте- и газопровод. Другим – высокоскоростная железнодорожная магистраль, которая свяжет Чунцин в среднем течении реки Янцзы с Синьцзян-Уйгурским автономным районом, Средней Азией, Казанью, Москвой и в перспективе – с городами Германии. В ходе майского визита председателя Си Цзиньпина была достигнута договоренность о том, что Китай профинансирует проект ВСМ на участке Москва – Казань (с перспективой ее продолжения до Пекина) на сумму в 300 миллиардов рублей. Это было закреплено в меморандуме, заключенном между Минтрансом России, Государственным комитетом КНР по развитию и реформе (китайский аналог Госплана) и ОАО «РЖД».

Третьим проектом будет гигантская автомагистраль «Западная Европа – Западный Китай» длиной 8 445 километров, начинающаяся у границы РФ с Финляндией, которая пройдет через Москву, Нижний Новгород, Казань, затем через казахские Кызылорду, Шымкент и Алматы к границе с Китаем и далее через Урумчи и Ухань к городу Лянъюнган на северо-востоке провинции Цзянсу на побережье Желтого моря. Строительство этой автодороги планируют завершить к 2018 году.

В перспективе также обсуждается развитие судоходства по Северному морскому пути и создание необходимой инфраструктуры на российском Крайнем Севере.

В КНР считают, что концепция «Одного пояса и одного пути» не конкурирует с Евразийским экономическим союзом, а, наоборот, поможет его развитию.

Также, с целью снижения санкционного давления на российские банки со стороны Запада, китайская сторона открыла несколько кредитных линий. Сбербанк получит 6 млрд юаней, ВТБ – 12 млрд от Государственного банка развития Китая и еще 3 млрд от Экспортно-импортного банка Китая (China Eximbank). ВЭБ также получит почти 4 млрд юаней. Часть этих сумм пойдет на финансирование инвестиционных проектов и торговых операций между Китаем и Россией. То, что кредиты были даны в юанях, свидетельствует о курсе на увеличение доли использования национальных валют для взаиморасчетов.

И Пекин, и Москва ускоряют сотрудничество в инвестиционной сфере. За первый квартал 2015 года объем китайских инвестиций в России вырос на 14%.

Еще одним важным документом о стратегическом партнерстве РФ и КНР стало соглашение о сотрудничестве в области обеспечения международной информационной безопасности. В нем говорится, что Россия и Китай обязуются не осуществлять кибератаки друг против друга и совместно противодействовать использованию информационных и компьютерных технологий в террористических целях, для вмешательства во внутренние дела государств, подрыва политической и экономической стабильности, разжигания межнациональной и межконфессиональной вражды и совершения преступлений и правонарушений.

Для оперативного реагирования на эти угрозы будут созданы каналы связи, разработаны соответствующие международные правовые нормы, налажен обмен информацией в правоохранительной области и технологиями в целях обеспечения безопасности критической информационной инфраструктуры. Стороны договорились проводить совместные расследования, связанные с криминалом и терроризмом, и содействовать научным исследованиям в информационной сфере.

ПРОТИВ ОДНОПОЛЯРНОГО МИРА

Эти проекты, в первую очередь по взаимопроникновению инфраструктур ЕАЭС и «Шёлкового пути», как и новая военная доктрина, направлены на смену существующего однополярного миропорядка, особенно в Евразии. И Москва, и Пекин сейчас рассматривают несостоятельную международную политику Вашингтона как основной источник хаоса в мире. Попытки дестабилизировать ситуацию на окраинах Китая (в Синьцзяне, Тибете и Гонконге), постоянное расширение НАТО на восток совместно с приостановкой членства России в G8 и замораживание почти всего сотрудничества между НАТО и Россией только укрепляют желание двух евразийских сверхдержав стратегически взаимодействовать друг с другом. Наиболее предпочтительная ситуация для каждой из стран видна по их последним внешнеполитическим действиям. Америка пытается играть роль «мирового жандарма», инициируя различные санкции в адрес России и делая рискованные политические заявления, которые не способствуют разрядке ситуации, сложившейся вокруг островов в Южно-Китайском море. Для России наиболее выгодно возвращение к биполярной системе противостояния западного и восточного блоков, так как при создании альтернативных инструментов и институтов международной торговли наша страна будет играть одну из важнейших ролей. Китай же традиционно тяготеет к «треугольнику сил» и многополярной системе, поэтому все более активно прибегает к дипломатическим рычагам воздействия во внешней политике, одновременно занимая собственную независимую позицию. При этом для Китая важно, чтобы в результате развития отношений с Россией Москва заняла бы как минимум нейтральную позицию в вопросе спорных территорий в Южно-Китайском море.

Для Евросоюза мощная торговая ось между Санкт-Петербургом и Шанхаем в конечном итоге тоже может оказаться очень выгодной, а значит, американское влияние в Европе будет только уменьшаться. При строительстве многополярного мира Россия нуждается в китайских капиталах и технологиях для развития Сибири и дальневосточных регионов, а Китай очень заинтересован в скорейшем запуске прямых торговых путей в Европу, кратчайший маршрут которых проходит через нашу страну. Создание параллельных финансовых институтов, таких как Банк развития БРИКС и Пул валютных резервов, вместе с ростом доли национальных валют при взаиморасчетах позволят России и Китаю не оглядываться на Запад при осуществлении масштабных проектов на континенте. Принятие Индии и Пакистана (а в дальнейшем – и Ирана) в постоянные члены ШОС создаст в Евразии мощнейший экономический блок, под контролем которого будет находиться большая часть ресурсов на континенте, что сделает бессмысленным и попытки влиять извне экономическими методами на политический курс участников организации.

Нашей стране всегда отводилось особое место в китайской внешней политике, за исключением, может быть, короткого периода между восстанием ихэтуаней 1899 года и Первой мировой войной. Наличие же совместных инфраструктурных проектов, в первую очередь «Шелкового пути», будет, до некоторой степени, являться гарантом добрососедских отношений двух европейских держав и вместе с тем способно повернуть континентальную Европу лицом к Востоку.

ФАКТОР ЛИЧНОСТИ

Укрепление военного, торгового и дипломатического сотрудничества между РФ и КНР было бы невозможно при отсутствии в России сильного национального лидера. Вся история послевоенных китайских международных отношений показывает, что в Поднебесной при выборе стратегических партнеров в первую очередь обращают внимание на лидерские качества их глав. Это повлияло в свое время и на кризис в российско-китайских отношениях во времена Хрущева и Брежнева, и на выбор США как основного инвестиционного зарубежного партнера Китая в конце 1970-х. С этой стороны отношениям нашей страны с Китаем ничто не угрожает. Популярность Владимира Путина в Китае такова, что, если бы в стране происходили прямые демократические выборы, он имел бы в них значительные шансы на победу. Китайская пресса и пользователи китайскоязычного сегмента интернета часто называют российского президента «Путин Великий» (по аналогии с Петром Первым) и «гроссмейстер международной политики». Поддержка текущего внешнеполитического курса России населением КНР после присоединения Крыма выросла с 47% до 66%. Интернет-опрос на сайте китайской службы новостей InTouch Service показал, что личный рейтинг Путина в Китае составляет 92%. Портреты нашего президента можно встретить на стенах новых станций пекинского метро, в книжных магазинах есть целые отделы с биографиями Владимира Владимировича, написанными китайскими авторами. Причем эти книги, особенно «Рожденный для России» и «Железный кулак Путина», как минимум на протяжении семи последних лет являются одними из самых продаваемых нехудожественных книг в Поднебесной и занимают сейчас первое место по числу продаж среди всех биографий, значительно опережая жизнеописания других популярных в Китае западных лидеров – Маргарет Тэтчер, Нельсона Манделы и Барака Обамы). До прихода очень популярного в народе Си Цзиньпина к власти в КНР популярность Путина в Китае была, наверное, даже выше, чем у Ху Цзиньтао, который, с традиционной китайской точки зрения, харизматическим лидером не являлся. Ху – инженер-гидротехник из семьи чаеторговца, сделавший тихую партийную карьеру, в то время, как Си Цзиньпин –потомок одного из партийных вождей (что в Китае с его более традиционным патерналистским укладом скорее плюс), прошедший в годы «культурной революции» трудовые лагеря, владеющий боевыми искусствами, да еще и муж популярной певицы – гораздо больше соответствует представлениям рядовых китайцев о том, каким должен быть настоящий вождь. Западные имиджмейкеры подметили, что иногда на публике китайский лидер копирует некоторые путинские жесты и манеру общения.

Популярность Владимира Путина в Китае начала расти после кампании против нечестных олигархов, курса на национальное возрождение и демонстрации готовности использовать военную силу для отстаивания интересов России. Дополнительные очки российскому президенту приносит и более спокойное, по сравнению с предшественниками, отношение к Сталину – фигуре, до сих пор воспринимаемой почти всем населением КНР строго положительно. Многие китайские политологи считают, что опыт России при действиях во время конфликтов в Грузии и на Украине можно использовать, если конфликт вокруг спорных территорий в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях с Японией и Филиппинами при политической поддержке последних со стороны США перейдет в открытую фазу.

Китайская пресса сейчас очень активно использует популярность Путина в народе и во внутриполитических отношениях, показывая, что у КПК есть сильные и влиятельные друзья, а не только более слабые союзники, например Северная Корея. Ярко контрастирует с ростом популярности российского президента падение рейтинга Барака Обамы среди простых китайцев. Изначально также очень популярный в Китае Обама растерял все свои очки, когда объявил о стратегии «возвращения в Азию». После поддержки Америкой Филиппин в вопросе принадлежности островов Спратли население КНР стало с недоверием относиться к личности американского президента. «Буш проводил «ковбойскую» политику, но его слову хотя бы всегда можно было верить», – писали китайские блогеры.

***

На данный момент стратегическое партнерство России и Китая, безусловно, может поставить крест на амбициях Вашингтона в Евразии и будет активно способствовать продвижению в мире нового многополярного мирового порядка и снижению влияния США на политическую и экономическую ситуацию на континенте. При этом поддержка КНР Москвой в возможном «мягком» противостоянии Пекина и Вашингтона значительно усиливает стартовые позиции Китая, основной козырь которого до этого был только в сильной экономической взаимозависимости КНР и США. В случае же новой разрядки и потепления международных отношений на смену «Великой Европе от Лиссабона до Владивостока» придет концепция «Великой Евразии от Санкт-Петербурга до Шанхая».

Виктор СУХОТИН


Подписка на журнал позволяет получить доступ к полной версии журнала


Новости

28.05

Встреча с председателем партии «Новая демократия» Кириакосом Мицотакисом

27.05

Российско-греческие переговоры

27.05

Встреча с Президентом Греции Прокописом Павлопулосом

27.05

Финал чемпионата WorldSkills Russia

26.05

Встреча с Премьер-министром Сербии Александром Вучичем